Его практический подход к работе с политиками и государственными институтами произвёл на меня большое впечатление, поэтому было особенно интересно услышать его выступление на недавнем вебинаре Растительного договора (Plant Based Treaty, PBT). (Полную запись можно посмотреть здесь.) Вот его рецепт успешной политической адвокации в пользу животных.

История изначально было опубликована на английском языке. В случае разночтений между английской и русской версиями приоритет имеет английская версия.

Алия Веделих

В качестве регионального координатора PBT по Азии Наман координирует кампании в Индии, Непале, Бутане, Шри-Ланке и на Филиппинах. Его работа включает масштабные политические инициативы — например, национальную программу обучения совместно с правительством Бутана, которая охватила 160 сотрудников школьных кухонь во всех 20 районах страны, — а также кампании за поддержку инициатив на уровне городов в Непале и работу над законодательными изменениями на Филиппинах.

Изменение масштабных продовольственных систем может казаться непосильной задачей, но Наман разбивает этот процесс на понятные и вполне выполнимые шаги.

Стройте отношения, а не просто собирайте контакты

Наман убеждён: настоящий нетворкинг — это не коллекционирование визиток, а создание искренних отношений, которые со временем открывают новые возможности.

Прежде всего, он отмечает, что любой хороший разговор начинается с небольшой подготовки. Прежде чем обратиться к человеку, выясните, кто принимает ключевые решения и чем сейчас занимается соответствующий департамент. Во-вторых, сначала слушайте, а потом предлагайте. Вместо того чтобы сразу переходить к своей просьбе, узнайте, что действительно нужно вашим собеседникам, чтобы затем связать свои идеи с их целями.

Кроме того, Наман активно использует рекомендации и знакомства через общих людей: одно хорошее знакомство должно приводить к следующему. Попросите людей, которые вас поддерживают, познакомить вас со своими коллегами или сотрудниками других департаментов — так ваша сеть контактов будет естественным образом расширяться. И, наконец, посещайте местные конференции и мероприятия, чтобы оставаться на виду, и всегда пишите короткое сообщение в течение 24–48 часов после встречи — так вы останетесь в поле зрения собеседника, пока разговор ещё свеж в памяти.

Связывайте инициативы с тем, что уже важно для лиц, принимающих решения

Наман подчёркивает: адвокация работает лучше всего, когда вы не просите учреждения полностью менять направление работы, а показываете, как растительные варианты помогают им достичь уже существующих целей.

Политики и руководители муниципалитетов и так работают с климатическими планами, задачами в сфере общественного здоровья и бюджетными ограничениями. Если представить растительные блюда как простое решение уже существующих проблем, ваше предложение становится гораздо легче принять. При этом внедрение изменений должно быть максимально простым. Крупные организации начинают беспокоиться, если от них требуют полностью перестроить систему за одну ночь, поэтому Наман предлагает небольшие постепенные шаги — например, заменять по одному ингредиенту за раз или начать с инициативы «Понедельник без мяса».

Поиск внутренних сторонников внутри государственных структур может значительно ускорить процесс. В Бутане, например, знакомство с сотрудником аппарата премьер-министра, поддерживавшим инициативу, помогло без проблем пройти необходимые официальные согласования. Важно также держать таких людей в курсе происходящего — тогда они чувствуют свою причастность и могут гордиться достигнутыми результатами.

Проводите кампании на уровне городов

По словам Намана, городские власти могут стать отличной точкой входа для реальных политических изменений — если подходить к работе с ними стратегически.

Он рекомендует налаживать контакты сразу с несколькими муниципальными подразделениями — например, отвечающими за общественное здоровье, образование и климат, — вместо того чтобы зависеть от одного департамента. Руководителям городов также нравятся заметные кампании, в которых участвует местный бизнес.

В конечном счёте политические решения опираются на цифры. Чёткие измеримые результаты — например, количество посетителей, экономия средств или доля добавленных в меню веганских блюд — помогают быстро завоевать доверие. После того как город поддержал вашу кампанию, попросите местных лидеров познакомить вас с представителями городов-побратимов или других городов, чтобы превратить один локальный успех в цепную реакцию на региональном уровне.

Рассказывайте о своей работе в социальных сетях

Наман напоминает: никогда не стоит недооценивать силу публикаций о ваших результатах в интернете. Даже небольшие локальные успехи заслуживают того, чтобы рассказывать о них публично.

Когда команда Намана делилась результатами своей работы в Бутане и рассказывала о достижении в сфере растительного питания в одном из крупных храмов Мумбаи, тысячи людей делились этими публикациями.

Социальные сети позволяют рассказывать о вашей работе людям, которые не могли присутствовать лично, и вдохновляют активистов в других регионах действовать. А также открывают возможности для новых партнёрств, которых вы могли совсем не ожидать.

В основе подхода Намана лежит простая идея: работа с государственными и другими институциональными структурами не обязательно должна быть сложной. В конечном счёте всё сводится к тому, чтобы находить общий язык с людьми, исходить из их реальных потребностей, предлагать практические решения и превращать отдельные знакомства в долгосрочные изменения в интересах животных.

Они уже три года живут в Германии, отучились и сейчас работают в Лейпциге (Саксония). Чолпон стала веганкой три года назад, а Айгерим — восемь лет назад. Я поговорила с девушками о том, как прошёл их культурный вечер, как сделать традиционную кухню инклюзивной для всех и какими ещё видами активизма они занимаются.

История Чолпон и Айгерим показывает, что традиционная кухня — это не застывшая форма, а живой язык общения. Адаптируя любимые с детства блюда под этичные принципы, можно не только сохранять связь с корнями, но и знакомить людей по всему миру с современной, инклюзивной и заботливой культурой Кыргызстана.

Алия Веделих для Veganstan News

О себе, профессии и увлечениях

VEGANSTAN: Чолпон, Айгерим, расскажите немного о себе. Откуда вы, что сейчас делаете?

Чолпон: Я из Чуйской области, закончила бакалавриат в Германии по информатике и сейчас работаю UX/UI-дизайнеркой, живу в Лейпциге. В свободное время люблю заниматься болдерингом и велоспортом, а ещё рисовать и лепить.

Айгерим: Я из Бишкека, тоже закончила бакалавриат по информатике в Германии и работаю разработчицей в немецкой компании, тоже в Лейпциге. В свободное время люблю фотографировать и смотреть фильмы.

Активизм: от уличных акций до повседневного общения

Повседневный активизм бывает разным: от участия в акциях до обычных разговоров с близкими. Девушки продвигают идеи защиты животных на самых разных уровнях.

VEGANSTAN: Каким ещё веган-активизмом вы занимаетесь?

— В Германии мы участвуем в демонстрациях, посвящённых защите и освобождению животных. Айгерим также фотографирует на этих митингах, а Чолпон помогает освещать их в местных пабликах. Мы также посещали приюты для животных и волонтёрили там.

Кроме того, разговариваем о веганстве с другими людьми — друзьями, семьёй, знакомыми, — и делимся информацией в соцсетях.

Кыргызская культура без продуктов животного происхождения

В 2024 году девушки участвовали в организации вечера кыргызской культуры в своём университете прикладных наук Westsächsische Hochschule в Цвиккау (тоже Саксония). Одним из главных вызовов было сделать традиционное меню полностью растительным и доступным для всех участников.

VEGANSTAN: В 2024 году вы провели вечер кыргызской культуры в Цвиккау. Расскажите об этом событии и о том, как у вас получилось его веганизировать?

— Мы провели его как представительницы кыргызского народа; каждая национальная культура, представленная в нашем университете, имела возможность организовать свой вечер. Мы получили поддержку от университета и работали вместе с другими студентами из Кыргызстана.

Целью мероприятия было показать культуру нашей страны и рассказать о ней и наших традициях другим студентам. Мы решили сделать это с помощью презентации, интерактивных игр, выступлений, национальной одежды, аксессуаров и другой атрибутики. И, конечно же, через еду.

Мы с Айгерим взяли на себя основные организационные роли: планировали, делегировали задачи и вместе занимались закупками. Когда мы сели составлять меню, мы предложили сделать мероприятие инклюзивным, поскольку сами были веганками и знали, что среди студентов есть вегетарианцы.

За приготовление отвечала в основном Чолпон, поэтому боорсоки (также известные как баурсаки — прим. ред.) были на ней. Также мы предложили сделать самсу с картофелем и тыквой, чак-чак с сиропом агавы вместо мёда и без яиц в тесте, а плов — с нутом вместо мяса. Ещё мы экспериментировали с веганским чалапом (чалап, или тан — национальный кисломолочный напиток в Кыргызстане, Казахстане и Узбекистане — прим.ред.).

Конечно, готовили не только мы — всё делали вместе с ребятами.

Ещё мы решили добавить в вечер небольшую «операцию пакетики» — что-то вроде саркыт, как это называется в Кыргызстане. Мы собрали для гостей небольшие подарочные пакетики с боорсоками и орешками и дарили их всем, кто участвовал в играх.

VEGANSTAN: Какой была реакция гостей и соорганизаторов?

— Многие немецкие студенты-вегетарианцы не ожидали увидеть веганскую еду на мероприятии, поэтому были очень удивлены и обрадованы. А те, кто не смог попасть на вечер, очень жалели об этом.

Другие соорганизаторки нас поддерживали, и мы всё делали вместе. Очень помогло то, что они были нашими хорошими подругами: они и раньше старались создавать комфортные веганские условия для нас на общих посиделках и уважали наш выбор.

Мы старались не делать акцент на том, что еда была веганской. Главной целью было показать культуру и традиции через блюда, поэтому мы использовали не столько альтернативы привычным продуктам, сколько традиционные рецепты в немного другом исполнении. Нам кажется, что поэтому никто из соорганизаторок и гостей даже не заметил, что чего-то не хватало или что стол был «слишком зелёным» или «слишком веганским».

Взгляд в будущее

VEGANSTAN: Есть ли у вас планы, связанные с зоозащитным или веганским активизмом?

— Да! Продолжать участвовать в зоозащитных акциях здесь, в Германии.

Чолпон: Хочу больше рассказывать об этой теме среди друзей и семьи и в социальных сетях. Буду рада участвовать в проектах Центральной Азии, таких как подкаст «Тең Тиришилик». Буду продолжать помогать приютам для животных в Кыргызстане и Казахстане донатами и призывами поддержать их.

Как координаторка Plant Based Treaty по Аргентине, Химена воплощает эту страсть в практические действия. Помимо обучения ресторанов и университетов, значимая часть её работы проходит непосредственно на улицах и в общественных кухнях (ollas populares). Её команда сотрудничает с общественными кухнями, помогая им переходить на растительное меню, а также самостоятельно готовит и раздаёт растительную еду людям, оказавшимся в трудной ситуации. За почти восемь лет её команда раздала нуждающимся около 200 000 порций еды.

Годы практического активизма доказали, что растительная еда — это не роскошь. При правильном подходе она полезна для здоровья, доступна по цене, проста в масштабировании и обеспечивает людей, оказавшихся в трудной ситуации, полноценным и питательным питанием. Вот как им это удаётся.

История изначально было опубликована на английском языке. В случае разночтений между английской и русской версиями приоритет имеет английская версия.

Алия Веделих для Veganstan News

Сотрудничайте с общественными кухнями

Общественные (или благотворительные) кухни (ollas populares) — местные инициативы, где бесплатно готовят и раздают еду людям, оказавшимся в трудной ситуации. В Аргентине многие общественные кухни обеспечивают едой уязвимые семьи, однако исторически среди них не было полностью растительных.

Вместо того чтобы требовать от кухонь мгновенно изменить привычный подход, команда Химены выбрала стратегию поддержки и совместной работы.

Завоёвывайте доверие с помощью дегустаций

Команда начинала знакомство с организаторами и посетителями общественных кухонь, принося им вкусные традиционные блюда в веганской версии. Возможность попробовать хорошую еду стала поводом для общения и открыла путь к дальнейшему диалогу.

Привлекайте экспертов, чтобы отвечать на вопросы

Химена и её коллеги сотрудничают с диетологами и специалистами по питанию. Благодаря этому они могут понятно объяснять преимущества растительного питания, отвечать на распространённые вопросы и показывать, как богатые питательными веществами продукты, такие как бобовые, помогают готовить сытные блюда в рамках ограниченного бюджета.

Давайте практические инструменты

Команда предоставляла доступные сборники рецептов с блюдами, которые легко готовить большими партиями. В одном особенно вдохновляющем случае общественная кухня даже разбила собственный общественный огород, чтобы выращивать свежие продукты.

Делайте уличную помощь эффективной

На протяжении последних восьми лет команда Химены готовит и раздаёт бездомным и нуждающимся 100% растительную еду. Их уличная инициатива строится на трёх основных принципах: использовать местные ресурсы, не усложнять и делать еду вкусной.

Давайте волонтёрам возможность действовать

Приготовление огромного количества еды требует чёткой координации. Важно предоставить волонтёрам рецепты, необходимые инструменты и знания о питательной ценности продуктов, чтобы они чувствовали себя уверенно как на кухне, так и во время общения с людьми.

Поддерживайте порядок с помощью чёткого графика

Приготовление еды в больших объёмах возможно только при наличии структуры. Необходимо составить понятный календарь, распределить конкретные задачи и заранее выбрать хорошо сбалансированные рецепты — тогда вся команда сможет работать слаженно.

Спасайте излишки продуктов

Чтобы недорого готовить десятки килограммов еды, команда сотрудничает с местными компаниями и стартапами. Использование излишков производства позволяет не допустить потери хороших продуктов и одновременно накормить сотни людей.

Меняйте отношение людей через совместные трапезы

Химена уверена, что в основе как уличной работы, так и сотрудничества с общественными кухнями лежит человеческая связь. Засучить рукава, приготовить горячую еду и разделить её с другим человеком — самый непосредственный способ показать силу растительной пищи. Когда люди на собственном опыте убеждаются, насколько сытными и вкусными могут быть такие блюда, предубеждения постепенно исчезают — одна тарелка за другой.

Послушать выступление Химены можно в записи вебинара Plant Based Treaty «Тренинг по изменению меню» (Menu Change Training).

​Цель движения амбициозна — свести количество одобренных заявок на строительство промышленных животноводческих комплексов к нулю и положить конец расширению жестокого агробизнеса.

Что происходит прямо сейчас?

​Волна протестов:

Жители деревень и городов (от Линкольншира до Нортгемптоншира) массово выходят на собрания, выступая против постройки новых гигантских птицефабрик на сотни тысяч птиц.

​Главный рычаг — этапы планирования:

Прежде чем построить новый гигантский ангар для свиней или кур, корпорации обязаны получить разрешение от местных советов. Движение призывает подавать официальные возражения на каждую такую заявку.

​Борьба за экосистему:

Местные жители протестуют не только из-за жестокого обращения с животными, но и из-за загрязнения рек, удушающего запаха, обесценивания недвижимости и разрушения биоразнообразия.

​»Мы останавливаем эти кошмарные объекты ещё до того, как их успеют построить. Это первый шаг к полной свободе животных и защите природы!» — заявляют организаторы.

​

Организаторы призывают местных активистов подавать официальные возражения против заявок на строительство, распространять информацию и поддерживать юридические иски против уже одобренных проектов.

Сейчас, в связи с изменениями в законе «Об ответственном обращении с животными», Казахстан отходит от этого подхода и возвращается к массовому уничтожению бездомных животных.

Все собаки прошли обследование на инфекции и кинологические тесты, по результатам которых были признаны безопасными для людей и других животных. Они стерилизованы или кастрированы, вакцинированы от бешенства, чипированы и имеют бирки на ушах. Об этом сообщила зоозащитница Татьяна Кагальникова (Яна Счастливая) в своём аккаунте в Facebook.

В условиях нового законодательства срок их пребывания в пункте временного содержания ограничен. После этого, если их никто не заберёт, они будут, скорее всего, умерщвлены. Татьяна призывает неравнодушных алматинцев помочь спасти собак из отлова.

Для этого необходимы люди, готовые взять собак под опеку, обеспечивать их кормом и присматривать за ними.

Желающие помочь могут связаться с Татьяной по телефону +7 776 201 76 22

Поэтому новость о том, что в Берлине есть веганский узбекский ресторан, показалась мне вполне естественной. Но мне было любопытно: кто стоит за этим начинанием, что вдохновило их на этот путь и каково это — создавать и развивать такое уникальное заведение в одной из кулинарных столиц Европы.

Чтобы узнать больше, я поговорила с Умедом, который представляет семейную команду, управляющую рестораном Dervish.

Интервью изначально было записано на английском языке. В случае разночтений между английской и русской версиями приоритет имеет английская версия.

Алия Веделих для Veganstan News

Расскажите немного о себе — кто стоит за проектом Dervish, откуда вы и что привело вас в Берлин?

Умед: Dervish — это в первую очередь семейный проект. На самом деле нас три семьи, которых связывают не только родственные отношения, но и схожие ценности, интересы и подход к еде.

Мы переехали в Берлин из Канады, где прожили около пяти лет. Часть нашей семьи уже жила здесь, поэтому Берлин стал для нас естественным местом, где мы могли объединиться и вместе создать что-то новое.

Сегодня одна часть семьи управляет Besh (вегетарианский ресторан — прим. ред.), другая — Dervish, а третья участвует в наших кейтеринговых проектах.

Как появилась идея Dervish? Вы давно планировали открыть веганское заведение с узбекской кухней?

Умед: Идея переосмыслить узбекскую и центральноазиатскую кухню появилась ещё тогда, когда мы жили в Канаде.

Наш первый ресторан, Besh, открылся в Берлине в 2019 году. Его меню примерно на 70% состоит из веганских и на 30% — из вегетарианских блюд. Dervish появился в 2022 году и изначально задумывался как второй, полностью веганский филиал Besh.

Но довольно быстро мы решили создать для Dervish собственную идентичность и полностью переосмыслить концепцию и меню. Постепенно он превратился в место, где мы можем сочетать центральноазиатские мотивы с рецептами и идеями, которые разрабатывали на протяжении более чем 20 лет вегетарианства и около пяти лет веганства.

Вся наша семья придерживается саттвической диеты (йогической растительной диеты, основанной на свежих, натуральных продуктах и исключающей острые ингредиенты вроде лука и чеснока — прим. ред.); кто-то из нас веган, кто-то — вегетарианец, поэтому такой подход к приготовлению пищи уже давно является частью нашей повседневной жизни.

Почему вы выбрали для Dervish именно Берлин? Что заставило вас почувствовать, что городу нужен узбекский ресторан с веган-меню?

Умед: Мы считаем, что хорошие веганские рестораны нужны везде, но Берлин оказался особенно открытым к такой идее. Здесь большой интерес к растительной кухне, а также настоящая открытость к разным кухням и культурам.

Изначально нашей целью было не просто веганизировать традиционные узбекские блюда. Мы хотели делиться той едой, которую сами готовили и развивали на протяжении многих лет, привнося в неё вкусы и идеи из Узбекистана и Центральной Азии.

Берлин дал нам свободу экспериментировать с этим.

Как вы оцениваете развитие веганской и растительной культуры в Узбекистане?

Умед: Я думаю, что растительная культура в Узбекистане всё ещё находится на ранней стадии. Веганство пока не получило широкого распространения и не воспринимается как часть повседневной культуры питания.

При этом в узбекской кухне уже есть множество ингредиентов и блюд, которые естественным образом могут быть растительными, поэтому потенциал определённо есть. Думаю, дело скорее в восприятии и осведомлённости, чем в отсутствии подходящей еды.

Как берлинцы восприняли узбекскую кухню в веганском формате? Среди ваших гостей в основном веганы, представители центральноазиатских сообществ или просто любители, которым интересно попробовать что-то новое? Что удивило вас больше всего после открытия Dervish?

Умед: Реакция была очень тёплой и заинтересованной. Среди наших гостей определённо не только веганы. К нам приходит много смешанных компаний, семей и людей, которым просто нравится открывать для себя новую еду.

Интересно, что представители наших собственных центральноазиатских сообществ составляют относительно небольшую часть наших гостей. Большинство приходит из-за интереса к кухне, атмосфере или просто потому, что хочет попробовать что-то необычное.

Одним из самых приятных сюрпризов для нас стало то, что приходят большие компании, где веганами являются всего один-два человека, но при этом все вместе с удовольствием едят одну и ту же пищу. Для нас это, пожалуй, лучший показатель того, что веганская еда не обязательно должна восприниматься как отдельная категория.

Если бы вы могли изменить что-то одно в том, как люди в Узбекистане воспринимают веганство, что бы это было?

Умед: Мне хотелось бы, чтобы люди в Узбекистане перестали воспринимать веганство как что-то чуждое или не связанное с собственной культурой.

Для меня веганство на самом деле не связано с принадлежностью к той или иной культуре. Конечно, еда должна быть вкусной и питательной, но, я думаю, мы также должны задаваться вопросами: полезна ли она для нас, как она производится и какое влияние наш выбор оказывает на других живых существ.

Традиции важны, но традиции тоже меняются. Выбирать больше растительной пищи — не значит отказываться от своей культуры. Это может просто означать, что мы смотрим на знакомую еду с другой точки зрения и сохраняем то, что любим, одновременно делая её более здоровой, гуманной и соответствующей миру, в котором мы живём сегодня.

SamarKind, так называется кафе, сегодня является одним из всего двух вегано-вегетарианских заведений во всём Узбекистане. Неожиданное (но, безусловно, очень приятное!) пополнение местной гастрономической сцены! Мне стало интересно: кто стоит за этим местом и как возникла идея открыть кафе с растительным меню в обществе, где мясо занимает столь важное место в пищевой культуре?

И я решила это выяснить. Я поговорила с Анжеликой и Луизой — двумя подругами из Лондона, которые после десятилетий дружбы продали всё и уехали из Великобритании путешествовать по миру, а в итоге оказались в Самарканде. Это история о том, как их путешествие по Центральной Азии превратилось в совершенно новую главу их жизни и как появилось кафе SamarKind.

Интервью изначально было записано на английском языке. В случае разночтений между английской и русской версиями приоритет имеет английская версия.

Алия Веделих, Veganstan News

Veganstan: Расскажите немного о себе — откуда вы, чем занимались раньше и что привело вас в Самарканд?

SamarKind: Мы — Анжелика и Луиза, две англичанки из Лондона и лучшие подруги уже 40 лет. Анжелика занималась собственным веганским бизнесом в сфере питания в Лондоне, а Луиза преподавала моду и прикладное искусство в одном из лондонских колледжей.

Два года назад мы продали всё и уехали из Лондона путешествовать и смотреть мир — раньше у нас практически не было возможности это делать. Мы побывали в странах Юго-Восточной Азии, Японии, Центральной и Восточной Европе, Турции и Грузии. В августе 2025 года наше путешествие привело нас в Узбекистан.

Мы были поражены красотой древних городов Шёлкового пути, таких как Самарканд, но при этом обнаружили, что выбор веганской и вегетарианской еды здесь очень ограничен и довольно скучен. В то же время нас очень впечатлило и вдохновило разнообразие фруктов, овощей, зелени и специй на базарах. На тот момент мы даже не думали о том, чтобы остаться здесь и открыть кафе, и продолжили путешествие — в Непал, Шри-Ланку и Индию.

К тому моменту наши средства уже подходили к концу, но мы ещё не были готовы возвращаться в Лондон. Нам хотелось рассмотреть другие варианты и возможности, и наши мысли снова и снова возвращались к Самарканду.

Veganstan: Почему именно вегано-вегетарианское кафе? И почему именно здесь?

SamarKind: Мы пришли к выводу, что если нам самим не хватало веганских и вегетарианских блюд, то, скорее всего, они нужны и другим путешественникам. Кроме того, мы любим кофе и проводим много времени в кофейнях, поэтому понимали, что кофе тоже обязательно должен стать частью нашего проекта.

Мы знали, что кафе должно находиться именно в этом месте. Сейчас это странно объяснять, но целая череда случайных совпадений, казалось, подталкивала нас именно к этому решению. Например, даже наше помещение словно возникло из ниоткуда — в идеальном месте, на идеальной улице, в районе, где что-либо подходящее практически никогда не попадается.

Веганское и вегетарианское меню было для нас единственным вариантом. Мы обе вегетарианки уже 40 лет, а 15 из них — веганки. Мясо никогда не было для нас опцией. Нам обеим посчастливилось побывать во многих странах с огромным выбором веганской и вегетарианской еды; мы хорошо понимаем эту культуру и интуитивно чувствовали, что она будет интересна и другим людям.

Наше меню на 90% состоит из веганских блюд, плюс есть несколько вегетарианских вариантов — чтобы сделать его более привлекательным для всеядных посетителей, которые хотят поесть без мяса.

Veganstan: Как всё идёт на данный момент?

SamarKind: Мы были осторожно оптимистичны, но достаточно реалистичны, чтобы понимать: открывать заведение с непривычной для людей концепцией в совершенно новой стране и культуре может быть очень рискованно. Мы пошли на определённый риск, но рады сказать, что результаты превзошли наши ожидания. Нас очень радуют тёплые отзывы, высокая оценка и поддержка наших посетителей.

Veganstan: Как местное сообщество восприняло кафе? Вы замечаете интерес со стороны местных жителей или в основном приходят туристы?

SamarKind: 99% наших посетителей — туристы со всего мира. Есть несколько самаркандцев, которые время от времени заходят на кофе и десерт, но в целом наше меню, вдохновлённое блюдами разных стран мира, сильно отличается от местной кухни. И нам всегда очень приятно, когда кто-то из местных заходит пообщаться с нами и попробовать что-то новое.

Поскольку веганство — довольно непривычная концепция для Узбекистана, у нас сложилось впечатление, что многие местные жители считали нашу идею безумной, пока не увидели, насколько у нас каждый день много посетителей. Мы надеемся, что это побудит их пересмотреть собственное меню и, возможно, в будущем добавить в него больше веганских блюд.

Veganstan: На что вы надеетесь в будущем — для кафе и для развития растительной кухни в Узбекистане?

SamarKind: Благодаря нашему кафе мы познакомились с другими веганами, такими как команда UzVegTours, которые находятся у истоков нового и захватывающего направления, повышая осведомлённость об ответственном отношении к животным и о веганстве в целом.

Но это только начало, и мы надеемся, что SamarKind Cafe внесёт свой вклад в то, чтобы показать: веганская еда может быть полезной, вкусной и вовсе не должна представлять собой просто набор гарниров. Дело не только в отсутствии мяса, но и в создании полноценных, сбалансированных и сытных блюд, которые хороши сами по себе.

Сотрудники соседних офисов любили Раду за доступные и сытные бизнес-ланчи, сладкоежки — за полезные десерты, мамы — за готовые решения для всей семьи, а небольшие компании друзей — за уютную атмосферу.

Кафе работало в формате столовой с самообслуживанием и стало настоящей точкой притяжения для местных веганов и вегетарианцев. А для тех, кто приезжал в Караганду, «Рада и К» практически было обязательным местом для посещения.

Спасибо создательнице и владелице кафе Айнуре и всей её команде за десять лет работы, за возможность вкусно и доступно поесть растительную и этичную еду и за множество тёплых воспоминаний.

Смотреть больше фото в нашем инстаграме >>>

О передаче бизнеса Тилек Эралиев и Патрисия Гарридо, основательница фонда помощи одиноким матерям и женщинам в кризисных ситуациях, сообщили в своих социальных сетях в середине июня. Они отметили, что для «Дома матери» это не просто новый этап развития, а возможность создать дополнительный устойчивый источник финансирования проектов помощи мамам и детям.

Производство веган-продукции Ecoff продолжается. Фонд намерен сохранить качество продукции и ценности бренда, а также развивать бизнес дальше. Прибыль от веган-производства теперь будет направляться на финансирование благотворительных проектов фонда.

Ecoff производит в Бишкеке растительные продукты и полуфабрикаты с 2020 года. В ассортименте — веганские колбасы («Докторская», «Классическая», «Деловая», «Ветчинная» и другие), сосиски, стейки, растительный фарш, котлеты и фрикадельки.

Мафтуна сама называет себя флекситарианкой: она осознанно сокращает потребление мяса и делает акцент на растительном рационе. В своей разработке она стремится соединить привычный формат продукта, высокую питательную ценность и доступные в Узбекистане ингредиенты. Сейчас продукт проходит испытания, а в будущем автор проекта планирует запустить небольшой цех и вывести его на рынок СНГ.

Мы поговорили с Мафтуной о том, как создаётся растительная колбаса в Ташкенте, почему местное сырьё не всегда означает низкую себестоимость и может ли такой продукт изменить отношение людей к растительному питанию в регионе.

Редакция: Алия Веделих

Как у вас появилась идея создать именно веганскую колбасу? Почему вы выбрали эту тему для своей диссертации?

Мафтуна: Я люблю открывать новые горизонты. Альтернативные белки — мировой тренд, и мне хотелось не просто написать диссертацию для архива, а решить реальную практическую задачу: создать качественный Food-Tech продукт прямо у нас в Узбекистане. 

Чем ваша разработка отличается от других растительных колбас? Что делает её особенной?

Мафтуна: Наш продукт на 80% состоит из местного сырья, не содержит сои и ГМО, но при этом включает все девять незаменимых аминокислот.  Он подходит веганам, постящимся и всем, кто выбирает здоровье. Мы создаём его для ЗОЖ-мам из Ташкента — благодаря чистому составу он подходит для всей семьи, офисных сотрудников — как сытный перекус, спортсменов — как источник белка для восстановления, и эко-туристов — как уникальный Food-Tech продукт из Узбекистана.   

Кроме того, разработка опирается на стандарты ФАО и ВОЗ Codex Alimentarius (Пищевой кодекс, свод международных стандартов, руководств и кодексов практики в области пищевых продуктов — прим. ред.) и четыре цели устойчивого развития ООН: ликвидация голода, обеспечание здорового образа жизни, ответственное потребление и защита климата. 

Что оказалось самым сложным в процессе разработки? Добиться вкуса, текстуры или высокой питательной ценности?

Мафтуна: Сложно воссоздать правильную «мясную» текстуру без специфических ингредиентов, которых у нас нет в свободной продаже. Вторая проблема — доступ к профессиональному оборудованию: аренда стоит дорого, а на бартерных условиях с молодыми учеными никто не работает. 

Сейчас продукт проходит испытания. Какие у него дальнейшие перспективы? Когда-нибудь его можно будет увидеть на полках магазинов?

Мафтуна: Мы планируем запустить мини-цех на три–четыре сотрудника и к 2028 году выйти на рынок СНГ. Работать будем по каналам HoReCa (гостинично-ресторанный бизнес — прим. ред.), ритейла (магазины и доставка) и эко-фестивалей. Моя мечта — адаптировать и производить в Ташкенте самые интересные мировые веганские новинки. 

Как вы думаете, могут ли такие продукты изменить отношение людей к растительному питанию в нашем регионе?

Мафтуна: Они уже меняют! Успех заведений вроде Organic Food, Biorganic, Touch of Matcha, Artha доказывает: в Ташкенте быстро растет культура осознанного питания и запрос на здоровые альтернативы. 

Многие считают, что качественные растительные продукты — это дорого и почти всегда импорт. Показывает ли ваш проект, что их можно создавать и из местного сырья в Центральной Азии?

Мафтуна: Создавать их здесь можно и нужно. Дороговизна упирается не в локальную пшеницу или нут, а в технологии их глубокой переработки без ГМО и аренду оборудования. Тем не менее, наша миссия — честная цена, чтобы полезная колбаса была доступна не только в столице, но и в областях.